589 просмотров

Михаил Евланов в программе «Попутчики»


В гостях у Александра Плющева и Дмитрия Борисова исполнитель роли ротмистра Чачу актер Михаил Евланов. Разговор получился интересным и содержательным. Журналисты радио «Эхо Москвы» как всегда профессионально справились со своей задачей.

слушать передачу в Mp3

Д. БОРИСОВ: Вы знаете, бывает сон с продолжением. Вот у нас сегодня получится такая программа, немножко с продолжением.

А. ПЛЮЩЕВ: А у нас сплошной «Обитаемый остров» потому что в программе, я так полагаю.

Д. БОРИСОВ: Ну да, так получилось. Ну как, радио «Эхо Москвы» в нашем лице не могло же обойти столь пафосное мероприятие. Говорят же, самый дорогой фильм…

А. ПЛЮЩЕВ: Наша самая дорогая программа, как известно, в истории радиовещания.

Д. БОРИСОВ: Всего! Со времен Попова.

А. ПЛЮЩЕВ: Не могла обойти самый дорогой фильм третий раз.

Д. БОРИСОВ: Почему третий?

А. ПЛЮЩЕВ: А потому что у нас был Василий Степанов, у нас был Георгий…

Д. БОРИСОВ: А, ты имеешь в виду Резо.

А. ПЛЮЩЕВ: Да, Резо, прошу прощения. Гигинеишвили.

Д. БОРИСОВ: Режиссер second unit, я помню.

А. ПЛЮЩЕВ: Собственно, Михаил Евланов сегодня. Добрый вечер.

М. ЕВЛАНОВ: Добрый вечер, друзья.

Д. БОРИСОВ: Михал Михалыч можно, да?

М. ЕВЛАНОВ: Да.

А. ПЛЮЩЕВ: Михал Михалыч. Как вторая часть-то? Стоит сходить, не стоит?

Д. БОРИСОВ: Можно я скажу?

А. ПЛЮЩЕВ: Дим, стоит сходить, не стоит?

Д. БОРИСОВ: Фантастическая история — выходит фильм из двух частей. И вся история вокруг него тоже из двух частей получается. Потому что когда вышла первая часть ее все посмотрели, и зрители разделились ровно на два лагеря: кто-то говорил, что все очень плохо, кто-то говорил, что нет, все очень хорошо. Кто-то говорил, что нет, ни за что не пойду на вторую, кто-то говорил, что да, с удовольствием пойду на вторую. И я был после просмотра первой части в числе тех, кто говорил, что да, обязательно надо сходить на вторую часть, потому что интересно, прервали на самом интересном месте. Любопытно, как экранизировали роман… я только начал.

А. ПЛЮЩЕВ: Пойдем покурим. Я не курю. Ты куришь?

Д. БОРИСОВ: И было много претензий у людей к первой части. Мне, в общем, все понравилось. Даже игра актеров. Говорили, что нет, не все из них актеры, не все могут!

А. ПЛЮЩЕВ: Ты чего завелся-то?

Д. БОРИСОВ: Потому что посмотрел второй фильм, Саш.

А. ПЛЮЩЕВ: А.

Д. БОРИСОВ: И попал в лагерь тех, кому вторая часть не понравилась.

А. ПЛЮЩЕВ: Борисов попал в лагерь.

М. ЕВЛАНОВ: Ты третий уже. Я-то думал, что одни из лагеря, которым не нравилось, перебежали в лагерь, которым стало нравиться после второй части. Другие говорили, что это вообще полный отстой. И вот та версия, которую ты сегодня выдвинул, я сегодня слышу уже второй раз — сказали, что да, первая часть мне нравится больше, чем вторая. Я же скажу, что я вообще этот продукт не делю на две части, потому что мы снимались и работали там, делая одно. И можно было девять частей сделать, сколько угодно.

Д. БОРИСОВ: Но судя по тому, сколько материала ушло в корзину, по слухам, там можно было снимать сериал.

М. ЕВЛАНОВ: Да, там много очень вырезано. Может, это хорошо, может, и нет. Но я посмотрел вторую часть, и у меня все сложилось. Потому что когда я посмотрел первую часть, я был в лагере тех, кто не поняли, что это такое нам дали незаконченное…

Д. БОРИСОВ: Да, но не закончена была интрига — казалось, что вот, сейчас будет вторая, и все сложится, пазл, и будет здорово, целиком это будет смотреться как однородное хорошее кино. А однородного не получилось. Как в рекламе говорят, «другой фильм». Он и правда другой. Только на кого он насчитан, не очень ясно. Извини, Саш, накипело.

А. ПЛЮЩЕВ: Давай-давай. Да у тебя все время — то по Comedy Club всем все высказать, что на сердце у тебя.

Д. БОРИСОВ: Добавили спецэффектов.

А. ПЛЮЩЕВ: Еще добавили?

Д. БОРИСОВ: Еще добавили. Повзрывали немыслимое количество пиротехники.

А. ПЛЮЩЕВ: У меня вопрос — причем тут Михаил?

Д. БОРИСОВ: Ни при чем абсолютно. Но мы же собрались по какому поводу? В первую очередь. В том числе. Начало посвятим этому, потом, конечно, забудем про этот фильм. Вот девушки, с которыми я общался, после первого фильма все были в восторге. Вот все! В основном не нравилось молодым людям, а девушкам очень нравилось — Вася Степанов улыбается, все здорово…

М. ЕВЛАНОВ: Друзья, я просто расскажу. На Рижской со мной произошел случай забавный. Прошла премьера, дня три прошло. Я стою на Рижской, где продаются газеты, журналы, выходишь из метро — там такой ларек. И вдруг открывается дверь, я стою спиной, и вдруг слышу: «Вот он!» Я поворачиваюсь, думаю, кто-то узнал. И она говорит — «Вот он!» И передо мною берет журнал — «Вот он, Вася, смотри!» — и показывает своему молодому человеку. Он смотрит и говорит: «Ну и чего?». Она: «Давай три возьмем, ну я тебя прошу, три!» Он говорит: «Зачем?» «Ну надо!»

А. ПЛЮЩЕВ: Вчера взяли два — не хватило.

М. ЕВЛАНОВ: И я понял через две минуты, что все-таки есть у этой части конкретный зритель, даже с молодым человеком.

А. ПЛЮЩЕВ: А тут что, Васю убили, что ли?

Д. БОРИСОВ: Нет, Вася перестал улыбаться. Он же и обещал в нашем эфире. Он был у нас в январе как раз и обещал, что во второй части никакой улыбки. И правда — улыбнулся один раз, и все.

А. ПЛЮЩЕВ: Мы едем уже 10 минут, просто мы не с начала включились, как обычно…

Д. БОРИСОВ: А у нас и не было официального начала. Я вообще предлагаю еще раз начать.

А. ПЛЮЩЕВ: Давай.

Д. БОРИСОВ: Итак, это программа «Попутчики», 21 час и 15 минут в российской столице.

А. ПЛЮЩЕВ: Слегка запоздало входим мы в прямой эфир, но ничего страшного. У нас в гостях Михаил Евланов, исполнитель роли ротмистра Чачу в фильме «Обитаемый остров» и «Обитаемый остров. Схватка». Добрый вечер, Михаил.

М. ЕВЛАНОВ: Добрый вечер, друзья.

Д. БОРИСОВ: Мы — это проводник нашего вагона, сегодня он решил в этой роли выступить, Александр Плющев. И я, Дмитрий Борисов.

А. ПЛЮЩЕВ: «И я, Дмитрий Борисов». Ты Дмитрий Борисов. Хорошо. А у нас Михаил Евланов в гостях. Я вот что хотел спросить. Мы тут немножечко успели поговорить до того, как нас включили в эфир, и Михаил рассказывал о своем отношении к различным профессиям. Мне, честно говоря, абсолютно все равно, кто как к каким профессиям относится, но когда это говорит актер, другое дело. Почему? Потому что актеру приходится играть разных людей, разных персонажей. Я сегодня на одной другой радиостанции слышал интересную дискуссию о том, может ли актер иметь свои политические взгляды. Но это меня как раз тоже не взволновало. Взволновало то, как актеры относятся, когда им приходится играть людей, сильно чуждых им по морально-нравственным взглядам, по политическим, ну вообще абсолютно чуждых. Ты бы смог сыграть людей, с которыми тебя вообще ничего не роднит?

М. ЕВЛАНОВ: Очень хороший вопрос. Я думаю, что мы сейчас развернем в большую дискуссию.

Д. БОРИСОВ: Это зачет в зачетку Плющева.

А. ПЛЮЩЕВ: Развернем это в духе нашей радиостанции.

М. ЕВЛАНОВ: В общем, конечно, сыграть все я бы постарался, но я не смогу. Первое — в силу того, что есть персонажи, которые мне несимпатичны, душевно, сердечно. Это персонажи. Скажем, Ленина в силу того, что мне эта харизматичная личность не очень симпатизирует, я бы не сыграл. Но мне все говорят: «Ты можешь сыграть только Ленина!» Господи, почему Ленина? Почему я не могу сыграть Троцкого, какого-нибудь белого офицера? Мне говорят: «Нет, ты будешь играть Ленина!» Это первое. Но это не так страшно, в принципе. Можно сыграть что угодно. Но так как у меня очень много ролей отрицательных, стали предлагать уж совсем такие омерзительные роли. Можно сыграть злого, упыря, кого угодно, плохиша, неважно, но когда уже дается материал и говорят: «Ты сыграй гнойника», то есть по факту уже я должен играть этого вот гнилого человека, здесь, конечно, приходится отказываться. Потому что я не играю уродов. Я играю людей, которые заблудились в своем жизненном пути.

Д. БОРИСОВ: Ротмистр Чачу заблудился?

М. ЕВЛАНОВ: Да, это заблудший человек.

А. ПЛЮЩЕВ: А по-моему, он там идейно вполне…

М. ЕВЛАНОВ: Это срисовано с Муссолини. Когда мне прислали сценарий, я открыл, я не понял, чего тут делать — он орет и орет.

Д. БОРИСОВ: Орет и гнобит.

М. ЕВЛАНОВ: Книгу я не читал. Я грешен. Читаю я мало и не люблю. Поэтому больше хожу, наблюдаю, смотрю, напитываюсь визуально, нюхаю профессию. Причем Муссолини во вполне определенный отрезок — в 34-м году или в 35-м, когда у них с Гитлером были какие-то переговоры, и я думал — почему бы нет? По-моему, очень хорошо. Я увидел его и подумал — это настоящий Нерон, человек, который любит мужчин и одинокую женщину, который вообще любит жизнь, кайфует от нее, который играет с ней, и он упоен собой, и он понимает, что он делает. Он сам себя обманывает и уже сам не понимает, что себя обманывает. Поэтому он такой идейный и получился. Я имею в виду ротмистра Чачу, который слеплен с Муссолини.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Ты знаешь, я вспоминаю совсем другую твою роль — в «Дне выборов» Федя. Прекрасный человек. Кто смотрел, вспомните — там были два таких чисто конкретных пацана, один побольше, а второй поменьше, и он все время делал такие движения характерные очень. Очень смешной персонаж забавный. Действительно из 90-х годов. Но с другой стороны, в нем очень много человеческого. Роль маленькая, а запоминающаяся.

М. ЕВЛАНОВ: Да, а вы знаете, какая интересная подробность? Режиссер Олег Фомин меня пригласил, и я ему сказал: «Олег, я не очень хочу». И он говорит мне: «Ладно, Мишань, подыграй мне артиста, пожалуйста». Я говорю: «Ну хорошо, дайте мне какую-нибудь панаму, чтобы не видно глаз было». И они снимают, рабочий процесс, и я не понимаю, что снимают уже. И он говорит: «Все, ребята, сцена окончена, тебе, Мишань, спасибо. Все снято». Я говорю: «Как снято?» Я, конечно, не стал сильно там выеживаться. Первый раз так я к своей роли подошел очень легко. И человек, которого я там играл, это был обычный рабочий с площадки. Просто когда приехал, когда все репетировали, ходили, а он на меня смотрел, был очень забавен. Он приехал, видно, из Подмосковья, как и я, и он очень хотел влиться в съемочный процесс и хотел быть нужным. Он не понимал, что он не нужен, но он хотел быть нужным. Я думаю, Федя как раз такой же.

А. ПЛЮЩЕВ: Отличный персонаж.

Д. БОРИСОВ: А из Подмосковья, я поясню нашим слушателям, это Михаил у нас из красногорской мафии.

М. ЕВЛАНОВ: Да, я оттуда. Причем, я вам скажу, прямо рядом с архивом кинофотодокументов. Но в Красногорске еще есть замечательная личность, которая жила в Красногорске. Он умер. Юрий Богатырев. Еще Дима Харатьян. Но я с ним не знаком. Но многое могу рассказать. Когда я был юным, а он был чуть постарше, хоккейные матчи, вышел только его первый фильм, а может, и не первый, я не помню. Мы все сильно ему завидовали, поэтому старались ему подножку сделать. Но я не делал. Я это только видел. Умолкли?

Д. БОРИСОВ: Вот такие они в Красногорске.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Вот это стремление, эта установка не делать подножки по жизни сохраняется или бывают такие случаи, когда не можешь не сделать подножку? Бывают такие ситуации?

М. ЕВЛАНОВ: Нет, подножку я никогда не делаю. Если только в игровой комической форме, то есть открытым способом ставлю подножку, и человек открыто спотыкается. А так, вы знаете, я не я и хата не моя.

А. ПЛЮЩЕВ: Вернусь к кино, если ты не против.

М. ЕВЛАНОВ: Да, вернемся к искусству.

А. ПЛЮЩЕВ: Я вчера смотрел «Обитаемый остров» — думаю, что меня раздражает так… Нет, ну, кстати, фильм не то чтобы мне не понравился. Хороший фильм, кстати. Первый. Второй я не видел. Но что-то раздражает. Думаю, мелькает очень много — мелькает, ну прямо сил нет никаких. И тут я себя поймал на мысли — а вот мою дочь, наверное, это не раздражало бы. У нее уже совершенно другое восприятие и сознание. Просто поколенчески.

Д. БОРИСОВ: Клиповый монтаж.

А. ПЛЮЩЕВ: Я от клипового монтажа к клиповому сознанию хотел.

М. ЕВЛАНОВ: К клиповому или к липовому?

А. ПЛЮЩЕВ: К клиповому.

М. ЕВЛАНОВ: Хороший такой каламбурчик. Эх, друзья, жалко, я не работаю здесь вагоновожатым. Так я вас скажу про это дело. Помните эти чудесные времена, когда мы были мальцами, были фильмы…

А. ПЛЮЩЕВ: «Гостья из будущего».

М. ЕВЛАНОВ: Да, это те фильмы, на которых…

А. ПЛЮЩЕВ: Есть и сейчас такие.

М. ЕВЛАНОВ: И слава богу, что есть. Знаете, у нас стерлись в одно время все эти границы. Кто-то из артистов обижается на это, кто-то нет, но что касается моего мнения, я думаю, что любое произведение искусства, которое человека будоражит, трогает сознание, сердце, неважно, что, что-то в нем рождается, это искусство. Если же оно рождает только какой-то негатив, это документалистика, и это к искусству не имеет никакого отношения. Поэтому в данном случае, когда я посмотрел этот фильм полностью, в нем все сошлось с моим детским восприятием.

А. ПЛЮЩЕВ: «Обитаемый остров» — фильм для детей?

М. ЕВЛАНОВ: Я считаю, что мой сын посмотрит этот фильм, и ему ужасно понравится. Но ему еще пока семь лет, но я думаю, когда будет 8-9, он уже будет его смотреть. Хотя, может, уже будут другие технологии, другие фильмы.

А. ПЛЮЩЕВ: Но определяет ли технология? Мне кажется, что сказки Александра Роу, если их показывать, или мультфильмы, на которых мы росли, их с удовольствием смотрят и нынешние дети. Хотя технологии совсем иные.

М. ЕВЛАНОВ: Я понял. Но, видишь, появилась девочка такая на Рижской, которая кинулась за этими журналами — значит, ее что-то там тронуло.

А. ПЛЮЩЕВ: Постой, но это просто удачно найденный образ. Господи, таких образов, что ли, наше кино не находило никогда? В 50-е годы, когда кидались и раскупали эти открытки. Открытки были такие черно-белые.

Д. БОРИСОВ: Это во все годы одинаково.

М. ЕВЛАНОВ: Вы знаете, друзья, вообще, мне кажется, для спора у нас нету основания.

А. ПЛЮЩЕВ: Мне просто важно твое мнение, а не спор.

М. ЕВЛАНОВ: Мое мнение такое. Я не буду называть те фильмы, которые мне нравятся. Это работа очень серьезная. Меня сейчас взяли за жабры, и я чувствую себя подследственным каким-то.

Д. БОРИСОВ: Это наша красная лампа просто.

М. ЕВЛАНОВ: Знаете, я буду спать сегодня на третьей полке.

А. ПЛЮЩЕВ: В глаза смотреть! Это вот этот человек весь фильм кричал, между прочим. Он практически нормальным голосом за «Обитаемый остро» не произнес ни одного слова.

М. ЕВЛАНОВ: Нет, ну в первой части я что-то как раз говорю.

Д. БОРИСОВ: В первой части еще был более или менее добренький местами. Идейно, но вроде ничего такого. А во второй части как-то уже совсем жестко.

М. ЕВЛАНОВ: Жестко, конечно.

Д. БОРИСОВ: Кстати, лирическое отступление еще. Что меня удивило во второй части. В первой, в принципе, никаких претензий особо — я смотрю не как профессионал, а как зритель — к актерской работе у меня ни к кому не было. Были фантастические образы у старшего поколения. Во второй части меня удивила наигранность некоторых сцен, причем не только молодых актеров, но и таких уже, опытных, казалось бы. И некоторые попадания в образы, которые были в первом отличны, во втором фильме — как будто другие люди, подменили актеров, переписали сценарий. Вот не было ощущения, что все снималось одним куском. И ротмистр Чачу — как раз тот образ — вот, Миш, ты вписался идеально. Вот смотришь и веришь. Я не всем верил, когда смотрел фильм. Далеко не всем. Так, значит, в тебе что-то есть такое злое, в собственном характере?

М. ЕВЛАНОВ: Это не злое, друзья, еще раз говорю. Я человек наблюдающий, который впитывает… Один раз оступившись, все понимают, что я могу ходить и на коленях, поэтому и предлагают роли такие, зная, что я их люблю. А люблю я их только потому, что я понимаю, что, может, и я нехороший человек, а может, и хороший, это неважно, а важно только то, что любой человек под определенным градусом становится определенным каким-то. И этот градус мне интересен в моем творчестве в любом — в театре, в кино, в изобразительном искусстве. Я не люблю хороших людей, не люблю плохих людей. Я не люблю людей, которым дает штамп и говорят «Вот, это герой». Может, поэтому я и героя-то не сильно играю.

Д. БОРИСОВ: «Девятая рота»?

М. ЕВЛАНОВ: «Девятая рота» — опять же, это был эпизод, который просто большой стал, который я развил благодаря спорам и трениям с Федором Сергеевичем. Но я ему благодарен, Бондарчуку, за то, что он меня слушал, терпел, потому что каждый день я его доставал своей ролью. Он говорил: «Евланов, ты тянешь». А как мне не тянуть? Мне предлагали главную роль, потом ее отняли, дали хохла, и эту отняли. И мне дали то, над чем я смеялся и думал: «Не повезет тому пацану, кому достанется Рябоконь». И достался мне. И потом мне пришлось сидеть и очень сильно думать и придумывать, как всегда. И я продумал всю линию. И смерть моя, этого персонажа, она придумана, так же, как и не хотелось стрелять — я говорю «Давайте Чачу заколем».

Д. БОРИСОВ: Ну, это почти комичный момент.

М. ЕВЛАНОВ: Ну что ж комичного?

Д. БОРИСОВ: Флагом, ну просто как это сделано. Флагштоком.

М. ЕВЛАНОВ: Ну это ж планета, это ж фантастика. Вот так.

А. ПЛЮЩЕВ: Миш, а ты сам какое кино смотришь? Какое любишь?

Д. БОРИСОВ: Сказал Плющев, подключая электроды.

М. ЕВЛАНОВ: Мои любимые фильмы, на которых я воспитался… я вообще смотрю все русские фильмы за последние полтора года. Не буду про них ничего говорить. Есть очень хорошие фильмы. Лучше скажу о том, с чего я понял, что искусство во мне родилось. Это был фильм «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен», это был «В бой идут одни старики», это был «Буратино», «Собачье сердце». Вот это те картины, которые во мне прородили зерно какое-то, что-то внутри ломалось.

А. ПЛЮЩЕВ: А я всегда спрашиваю об этом, когда люди со стороны наблюдают то, чем они занимаются профессионально, как они смотрят. Тут Борисов уже упоминал, что он как простой зритель смотрит.

М. ЕВЛАНОВ: Я тоже смотрю как простой зритель всегда, любые картины. Я даже больше скажу — я вообще смотрю как зритель, который в этом зале вообще первый раз в жизни, и ему все это ново.

Д. БОРИСОВ: Говорят, что хорошие кинопродюсеры тоже так просматривают даже готовый материал уже — садятся и представляют себя простым зрителем.

А. ПЛЮЩЕВ: А можно так абстрагироваться вообще?

М. ЕВЛАНОВ: Конечно. Даже нужно. Я всегда так делаю.

Д. БОРИСОВ: Есть другая сторона профессионализма — всегда смотришь и видишь, как это смонтировано, цветокоррекция.

А. ПЛЮЩЕВ: Не, я просто думал, что я один такой дурачок. Я просто иногда звоню на радио.

Д. БОРИСОВ: Да?

А. ПЛЮЩЕВ: Да, как простой слушатель.

Д. БОРИСОВ: Позвони нам сейчас. Кстати, мы ж совсем забыли про наших слушателей.

А. ПЛЮЩЕВ: А есть слушатели у нас.

Д. БОРИСОВ: Если гром не испортил передачу… но судя по тому, что смски уже идут, несмотря на то, что мы не назвали наш номер.

М. ЕВЛАНОВ: Ну если мы Рязань проехали, то я думаю, принимаем.

Д. БОРИСОВ: +7 985 970 4545. Вот туда вы можете слать свои смски прямо к нам в прямой эфир.

А. ПЛЮЩЕВ: Тебя, кстати, просят, например, рассказать о своей роли в кинофильме «Простые вещи».

М. ЕВЛАНОВ: Это второй забавный случай, когда режиссер со мной сутки провел. Я думаю — господи, что же он будет со мной делать, какую роль он мне предложит! И я пришел на репетицию, репетировал. Он говорит: «Ты понимаешь, должен быть удар такой силы, что — уххх!» Я думаю — елки-палки, смогу ли я. В общем, в итоге пришел сниматься. Но мне все это ужасно понравилось, потому что мне понравился подход режиссера ко всему. Я увидел необычный подход , в данном случае к этому эпизоду — снимали с той стороны улицы и из подвала. Я говорю: «А где камера? Где крупный план?» Он говорит: «Не будет крупного плана». Поэтому там такой муравьишка выскочил, в Шнопа, главного героя дал, и все. Вот и вся роль.

А. ПЛЮЩЕВ: Интересная. А на самом деле, это же не первый случай, получается, когда тебя несколько разочаровывает результат. Правильно? Я так понимаю. Или тебе приходится исправлять его? Как в фильме «Девятая рота», тебе приходилось исправлять заданный, как бы предопределенный результат пришлось уже исправить? Если ты не можешь исправить, вот все, есть результат, и ты видишь, что ты испытываешь?

М. ЕВЛАНОВ: Я понял, Саш, я тебе скажу — есть несколько картин, которые невозможно исправить в силу монтажа, в силу того, что многое от меня не зависит, поэтому сложно, конечно, мучения сразу, душа болит, сердце рвется, сделать практически ничего невозможно, но крутишься-вертишься. В общем, конечно, при каком-то другом раскладе я бы от много откладывался.

Д. БОРИСОВ: Стыдно бывает за фильмы?

М. ЕВЛАНОВ: Нет, ни за одну свою картину не стыдно. Единственное — бывает обидно, что не смог, не сделал, не получилось. Как объяснить зрителю, что здесь у меня так, потому что это, это, это? Не объяснишь же. Поэтому расстраиваюсь и переживаю. Но это моя профессия. Хотя у меня есть и много других замечательных профессий.

Д. БОРИСОВ: Например?

М. ЕВЛАНОВ: Например, повар-кулинар, бухгалтерия и юриспруденция, водитель БЦ. В общем, это неважно. Я работал много где. Я поступил в 24 года только в институт. А до этого у меня жизнь была насыщенная.

Д. БОРИСОВ: Какое было первое место работы?

Другие материалы

Рубрики: Интервью

Страницы: 1 2




Отзывов пока нет.

Ваш отзыв

Я не робот.