Интервью Петра Федорова газете «Известия. Неделя»

С Петром Федоровым, молодым актером, который исполнил в фильме Бондарчука роль Гая Гаала, а в скандальной картине Павла Бардина «Россия ’88» сыграл московского скинхеда, побеседовала журналист газеты «Известия».

— Гай Гаал и Штык из «России ’88» в чем-то похожи, не находите?
Петр Федоров. Конечно, они же оба — герои антитоталитарного кино . Опять же оба парня не очень здоровы на голову, оба истовые и свято верят в свою идеологию. Вот только Гаю на мозги действует государство с его башней-излучателем, а у Штыка неблагополучная семья, сложные социальные условия, разобраться он в себе не может, отсюда и ненависть ко всем окружающим. У обоих героев есть сестры, и оба они в результате пересматривают свои взгляды на жизнь (герой «России ’88» ломается, когда его сестра влюбляется в юношу с Черкизовского рынка. — «Неделя» ). Но, честно говоря, я не уверен, что, окажись они в одной пивной, этим парнишкам удалось бы найти общую тему для разговора.

— Есть у них еще одна общая черта — большую часть времени они кричат. Голос на съемках не сорвали?
Петр Федоров. На «Обитаемом острове» мы каждый вечер, возвращаясь в гостиницу, разговаривали шепотом, потому что голосов не было ни у кого, не только у меня. А на «России ’88» я специально перед съемками орал, срывая голос, чтобы, во-первых, он звучал более хрипло, а во-вторых, я не слишком увлекался актерской игрой. Горло я себе за прошлый год подпортил серьезно, теперь чуть что начинаю сипеть. Хотя мне нравится говорить таким голосом, сразу чувствуешь себя дворовой шпаной. (Смеется).

— А что, был и такой опыт? Вы же представитель актерской династии (Петр — двоюродный внук Александра Збруева).
Петр Федоров. Всякое было. Хотя вы правы, у меня папа (тоже Петр Федоров. — «Неделя» ) был актером, но я с ним почти не общался, рос на Алтае, поэтому об актерской профессии в детстве не задумывался. В 39 лет папа умер, а потом я узнал, что незадолго до смерти он на меня, старшеклассника, можно сказать, «положил глаз». Ему показалось, что мне стоило бы пойти в театральный. На поминках ко мне подошла какая-то бабушка — как я потом узнал, это была актриса театра Вахтангова Галина Львовна Коновалова, — спросила, чем я занимаюсь. Я ответил, что собираюсь поступать в Строгановку или Суриковское. Спросила: «А почему ты не у нас?». Я растерялся.

Вообще-то лето было мутное, я плоховал во дворах, общался не с теми пацанами: Странно все было. Однажды утром встал и пошел в Вахтанговское училище на прослушивание. Свою программу прочитал отвратительно, но мне повезло. Моим экзаменатором был Павел Любимцев, телеведущий и чтец, который на филармонических концертах исполняет «Конька-Горбунка». И, услышав, как я исполняю его любимое произведение, он оскорбился и, «чтобы преподать мне урок», пропустил в следующий тур. При условии, что я буду заниматься дополнительно и исправлю программу. Через какое-то время я осознал, что учусь в Щуке.

— Как в «Обитаемый остров» попали?
Петр Федоров. Меня на пробы «Острова» вызвали, что называется, для штанов, чтобы поток был. Я книгу тогда еще не прочитал, поэтому в присланном мне отрывке сценария ничего не понял. Фантастика, Массаракш какой-то. А приехал на пробы, оказалось, это не шутка. Действительно, сидит живой Бондарчук, действительно, пробы. Я вообще все делал наугад. Вечером позвонил Федор, сказал, что я человек команды и мы будем вместе работать. Было только непонятно, кого я буду играть. Мне хотелось получить роль Гаала, и она мне досталась.

— На съемках трудно пришлось?
Петр Федоров. Скорее, при подготовке к съемкам. Со спортом пришлось подружиться, по сюжету мы воюем. А я человек невысокий, хрупкий, килограмма 62 весил, когда меня утвердили. Не понимаю, какого космического воина разглядел во мне Федор Сергеевич. У нас есть запись одной из первых тренировок, на которой дерутся громадный Вася Степанов (исполнитель роли Максима Каммерера. — «Неделя» ) и я, худой, лохматый, волосатый, с ручками-спичками.

Мне ничего не оставалось, как пойти в спорт-зал и за полгода полностью измениться. Завязал с наркотиками, алкоголем, сигаретами. Только сон, еда и тренировки. Когда мы увиделись с Федором, он меня не узнал. Я без химии, исключительно тренировками, набрал 20 килограммов. Так что «Обитаемый остров» сделал меня мужчиной. Собственной воли, чтобы пойти в зал и заняться собой, мне бы не хватило.

— Молодых актеров «Обитаемого острова» создатели фильма старались держать в секрете, не разрешали вам общаться с прессой, сниматься в других фильмах. Каково быть темной лошадкой?
Петр Федоров. Я поймал свой кайф в том, что надо было на год на все забить. Я с удовольствием выключился из тусовки, ушел из театра. Я занимался своими делами. Мы с Пашей Бардиным (молодой режиссер, с которым Петя работал на молодежном сериале «Клуб». — «Неделя» ) сняли «Россию ’88» — сами написали сценарий, собрали команду, никому денег не платили.

— Почему вдруг фильм о скинхедах?
Петр Федоров. Потому что никто на эту тему не говорит. А для нас патриотизм выражается в том, чтобы смело говорить о своих проблемах и болячках. Как у врача, примерно. Я считаю, что ребятам моего поколения надо быть взрослее, самостоятельнее, принципиальнее, пора начинать думать головой.

— Вы ожидали, что картина вызовет такую неоднозначную реакцию, вплоть до обвинений в пропаганде фашизма?
Петр Федоров. Мы знали, что этот фильм будет проблемным, потому и снимали его на собственные деньги. Если бы мы обратились к продюсерам, проект заглох бы на полпути. Но сейчас все вроде налаживается. Мы получили прокатное удостоверение и надеемся, что в мае фильм выйдет в прокат. А пока мы с Пашей Бардиным ездим по стране и, можно сказать, подаем кино из первых рук: устраиваем показы в клубах, институтах, общаемся с аудиторией. И подумываем о новых фильмах. Есть еще немало тем, на которые хочется снимать кино. Но я пока промолчу, чтобы наш следующий проект не закрыли сразу (Смеется).

Анна Федина
www.week.izvestia.ru