2,684 просмотров

Братья Стругацкие на экране


Журналист и писатель Камилл Ахметов написал материал в котором разбирает все экранизации романов братьев Стругацких, упоминая даже гипотетическую голливудскую постановку «Пикника на обочине». Фильму Федора Бондарчука «Обитаемый остров» в материале отводится не последнее место.

Говорят, что Стругацких сложно экранизировать — почему-то все время получается «не то». На самом деле не так все плохо — давайте разберемся.

Вообще-то давно надо было написать о фильмах по книгам Стругацких. Их всего-то двенадцать (фильмов). И из этих двенадцати фильмов мы не будем останавливаться на фильмах, на которых Стругацкие (или один из них) формально были соавторами сценария, но которые в действительности не являются экранными воплощениями их произведений. Это:

* «Дни затмения» Сокурова. Вроде бы это экранизация повести «За миллиард лет до конца света». Но с тем же успехом это может быть экранизацией Филиппа К. Дика.
* «Письма мертвого человека» Лопушанского. Сценарий писал, в основном, Рыбаков. Эта мрачная, безнадежная антиутопия, в которой, можно, при желании, найти параллели или антипараллели с рядом произведений Стругацией, тем не менее, не является экранизацией ни одной из книг этих авторов.
* «Чародеи» Бромберга. Типовой советский мюзикл а-ля «Карнавал». Достоинства жанра «типовой советский мюзикл» обсуждать здесь не будем. По каким-то формальным признакам «Чародеи», возможно, и являются экранизацией повести «Понедельник начинается в субботу», но в результате они улетели на сто световых лет дальше от оригинала, чем, скажем, мюзикл «Иисус Христос — суперзвезда» — от канонических Евангелий.

Тринадцатым, по идее, должен стать фильм Германа, если он в ближайшие годы не превратится в «Ад» Клузо. Четырнадцатым может стать американский «Пикник на обочине», если его не зароют.

Пикник на обочине
Единственная пока экранизация — «Сталкер» Тарковского, с Кайдановским, похожим на ротмистра Лемке, с пулей в плече и связанного, и с Солоницыным примерно оттуда же.

История этого фильма известна — в 1977 году Тарковский отснял предыдущий вариант «Сталкера», с крутым сталкером Аланом. Который, кстати, очень хотелось бы посмотреть, но не судьба. Сегодня, когда почти каждый имеет (или может взять на работе, или у друзей на выходные) цифровую любительскую HD-видеокамеру, люди стали понемногу забывать о том, что тридцать лет назад — да и двадцать лет назад — да и десять лет назад! — да и в этом году!!! — фильмы снимали на пленку. Так вот, вместо проявленного материала фильма под рабочим названием «Машина желаний» режиссер получил восхитительное известие — при обработке пленку запороли.

Разумеется, Тарковский обрадовался. И это не шутка. Первый вариант «Сталкера» он очень не любил. И немудрено — герой Тарковского не может быть крутым. Он должен быть болезненно мучающимся. Поэтому, получив деньги как бы на вторую серию фильма, Тарковский потребовал у Стругацких другой вариант сценария, с другим Сталкером. А вариантов сценария к этому моменту уже было написано штук восемь. И тогда, вспоминает Б. Стругацкий, братья придумали Сталкера — юродивого…

Так получился великий фильм, о котором до сих пор спорят, который до сих пор мучительно принимают или не принимают, в связи с которым вспоминают Чернобыль. Хотя Чернобыль тогда еще не случился, а была очень похожая Кыштымская трагедия 1959 года, оставившая так называемый Восточно-Уральский радиоактивный след площадью более 20 тыс. кв. км, который и послужил прообразом «Зоны» Тарковского.

Впрочем, мы можем еще увидеть и крутого Сталкера. Фильм «Пикник на обочине» значится в планах известного продюсера Нила Морица. Сейчас, правда, означенный продюсер занят продолжениями «Форсажа», «Трех иксов», «S.W.A.T» и римейком «Зеленого шершня», а в этих самых планах у него, кроме «Пикника», еще фильмов пятьдесят. Но вдруг? Было бы интересно.

Отель «У погибшего альпиниста»
Говорить о фильме Григория Кроманова «Отель «У погибшего альпиниста» сразу после «Сталкера» — это почти возмутительно, вы не находите? А придется, ведь вышли они почти одновременно. Хотя вышли очень по-разному — «Сталкера» в широкий прокат не особенно пускали, устраивали какие-то спецпросмотры, а на «Отель» можно было просто пойти в кино, купив билет. Из больших актеров в «Отеле» был занят Юри Ярвет, что напоминало о Тарковском и «Солярисе».

А впрочем, ничего возмутительного. Да, экранизация. Да, просто добротная экранизация, в лоб — по сценарию Стругацких. Инспектор Глебски не едет на дрезине по рельсам или на машине по Токио, и в горячечном бреду он не видит свою мать. Он просто делает то, что, страница за страницей, написано в книге и в сценарии. В итоге получился хороший, крепкий фильм, который и сейчас можно с интересом пересмотреть.

За миллиард лет до конца света
Забавно, что этой маленькой повести Стругацких повезло в кино больше, чем всем остальных их произведениям — если учитывать псевдоэкранизацию Сокурова, то «За миллиард лет до конца света» ставили трижды — в восьмидесятые вышел одноименный венгерский фильм (режиссер — Ласло Феликс), в девяностые — греческий «Перед концом света» (режиссер — Панагиотис Марулис). К сожалению, об этих европейских фильмах мне больше ничего не известно.

Трудно быть богом
Фильм «Трудно быть богом» мог бы стать самой первой и самой лучшей экранизацией Стугацких — сценарий для его ленфильмовской постановки был написан братьями в расчете на Алексея Германа и с его участием еще в шестидесятые. Но постановку зарубили, чтобы вернуться к этому вопросу через двадцать лет.

Впрочем, и через двадцать лет фильм не довелось снять Герману. На этот раз за дело взялся «Совинфильм». Вот, полюбуйтесь — это не Рутгер Хауэр — это такой Румата, каким его увидел немецкий (тогда — западногерманский) режиссер Петер Фляйшман.

Зачем именно его, автора преимущественно документальных и короткометражных фильмов, пригласили адаптировать для экрана философско-приключенческую притчу? Зачем он взялся делать на этом материале мировой экшн-блокбастер? За что взял на роль Антона поляка Зентару — неплохого, в принципе, актера, но явно более слабого, чем советские и французские звезды, занятые в картине — за его экранное фехтование?

Неужели так сложно было понять, что главный герой — это не только благородный дон с его мечами, серебряным обручем и обаянием, перед которым не может устоять ни одна арканарская финтифлюшка? Что это еще и Антон, ученый-историк, для которого рукопашные драки, по идее, не самое главное?…

Надо сказать, что в своих «Комментариях к пройденному» Борис Стругацкий, у которого находится доброе слово даже для такой несусветной чепухи, как «Чародеи», о фильме Фляйшмана хранит абсолютное молчание. Видимо, для братьев Стругацких эта постановка попросту не существовала. Да и я написал о ней больше, чем стоило. Называть этот фильм «Трудно быть богом» не хочется, пусть он будет по-немецки Es ist nicht leicht ein Gott zu sein.

Итак, спустя десять лет после фильма Es ist nicht leicht ein Gott zu sein на повестке дня опять появилась экранизация Германа. И уже десять лет она в работе, и о ней все еще нечего написать, кроме того, что в главной роли — Леонид Ярмольник. Говорят, что фильм будет называться «Трудно быть богом», или «Трудно быть Богом», или «Что сказал табачник с Табачной улицы», или «История арканарской резни», или «Резня в Арканаре». Говорят, что фильм выйдет в этом, или в будущем, или в 2012 году. Очень хочется верить, что Алексей Герман рассчитал свои силы, и сможет довести работу до конца. Ему ведь уже далеко не тридцать, и сердце барахлит.

Хромая судьба
«Хромая судьба» — одно из последних, удивительное, по-своему уникальное произведение Стругацких. В историю стареющего писателя армейской тематики, бывшего военного переводчика с японского, прямую как Комсомольский проспект (буквально — написал пять страниц, поужинал, выпил вина, почитал, позвонил, подумал, поспал, проснулся, позавтракал…) вплетена масса побочных сюжетов, которых хватило бы на отдельное собрание сочинений, и каждый из которых можно было бы расписать в отдельную книгу.

Примерно так и поступили братья с фоновым сюжетом из «Хромой судьбы» про эликсир бессмертия — расписали его в киносценарий «Пять ложек эликсира», который через несколько лет воплотил на пленке режиссер Аркадий Сиренко под названием «Искушение Б.». Получилась отличная камерная картина со сплошными звездами, пожилыми и молодыми — Борисов, Гундарева, Зельдин, Ульфсак, Садальский — еще одно очко в пользу экранизаций Стругакцих.

Гадкие лебеди
«Гадкие лебеди» сегодня издаются, вложенные расческой в «Хромую судьбу», как еще один вставной сюжет, рукопись главного героя. Но изначально это — самостоятельное произведение, и все, кто читал его в семидесятые, понимают «Гадкие лебеди» именно как самостоятельное произведение. И Константин Лопушанский, режиссер фильма «Гадкие лебеди» — конечно, тоже.

Лопушанский считается учеником Тарковского. В это легко поверить — вышеупомянутые «Письма мертвого человека» смотрятся, как вторая (или третья, если самую первую, уничтоженную при проявке, тоже считать) серия «Сталкера». Фильму по «Гадким лебедям» было на роду написано стать еще одной серией «Сталкера» — в сценарии «Туча» братья Стругацкие не только задействовали элементы мифологии из «Пикника на обочине», но и ухитрились вспомнить «Солярис» (туча, о которой идет речь, не то аэрозоль, не то живая).

Но, как известно, «Тучу» Лопушанский с благодарностью отверг. Сценарий для его «Гадких лебедей» написал Рыбаков. Что в итоге?

Фильм интересным образом полемизирует с «Письмами мертвого человека» — как в деталях (например, в «Письмах» детей оставили на улице, в «Лебедях», наоборот, заперли в убежище), так и в главном.

«Письма мертвого человека», и это важно, происходят где-то на Западе, предположительно в США.

«Гадкие лебеди» Стругацких тоже происходят где-то на Западе. Большое внимание уделяется описанию внутренней политики государства, но какая страна — непонятно даже по именам героев (девочка — Ирма, мальчик — Бол-Кунац, художник — Квадрига, философ — Зурзмансор, стукач — Павор, медик — Голем, писателя зовут Виктор Банев). Просто некая обобщенная среднеевропейская президентская диктатура с выжившими из ума партийными боссами, тайной полицией, штурмовиками, проплаченно-лояльной прессой и, как водится, тупыми обывателями. Так вот, в фильме все это вынесено за скобки одним большим множителем — действие «Гадких лебедей» Лопушанского происходит в современной России.

На всякий случай прочитайте, пожалуйста, предыдущий абзац еще раз.

Обитаемый остров
Увидеть «Обитаемый остров» в кино — детская мечта. И уже в детстве было понятно, что мечта эта несбыточна. «Обитаемый остров» — самый кинематографичный роман Стругацких, но переносить его на экран можно только целиком — с лучевыми башнями, Старой крепостью, мутантами, Колдуном, Е.И.В. бомбовозом, Желтой субмариной, атомной войной и финальным взрывом Центра. В СССР это было невозможно.

Один только взрыв башни стал бы основным аттракционом среднего советского приключенческого фильма. Столько танков, чтобы изобразить вторжение в Хонти, мог позволить себе только Озеров, когда снимал «Огненную дугу». А когда дело доходило до кинофантастики, денег хватало как раз на то, чтобы изобразить невесомость в бассейне с водой, не пуская при этом слишком заметных пузырей. Поэтому мы прекрасно понимали — «Обитаемый остров» можно экранизировать только на Западе, но там этим заниматься никто не будет.

И вот, пять лет назад Федор Бондарчук публично заявил о том, что сделает это здесь. И надежда появилась, потому что, пожалуй, в наше время только Бондарчук и мог поднять такой проект.

Дилогию «Обитаемый остров» Бондарчука принято ругать по ряду причин. Назовем основные: Федор Бондарчук — сын Сергея Бондарчука, он дружит с властью и бизнесом, умеет получать финансирование, ездит на «бентли» и бреет голову. Согласимся — любые две причины из этого списка вполне оправдывают ненависть народных масс к Федору Бондарчуку. Но, к сожалению, даже все вместе они недостаточно полно объясняют, чем же плох «Обитаемый остров» Бондарчука.

А ничем он не плох. Кино отлично работает — это именно тот «Обитаемый остров», который мы всю жизнь мечтали посмотреть. И даже больше. Я уже писал об этом, но повторюсь: фильм показал, что в книге гораздо меньше романтики и идеализма, чем нам когда-то казалось. В первой части фильма мы увидели тоталитарную действительность глазами человека будущего. Во второй части мы понимаем главное — это были глаза ребенка, которому, к сожалению, суждено вырасти. Наш молодой красавец, умный и справедливый — всего лишь зеленый юнец. Но он уже вполне готов взять себе в старшие товарищи ловкого резидента-гэбиста — прирожденного убийцу. Чтобы сам во вполне обозримом будущем обзавестись холодной головой и чистыми руками.

Вот, собственно, и все.

Из всего наследия братьев Стругацких на данный момент кинематограф прикоснулся только к семи произведениям. То, что нам хорошо известно — это, по сути дела, шесть экранизаций шести книг. Пять из них — это хорошее кино.

Хотя, конечно, мало. Очень хочется экранизированные «Хищные вещи века», например. Но ведь Стругацкие — это, слава Богу, не Клэнси с Паттерсоном, чтобы их легко было экранизировать, и чтобы при этом экранизации все время получались лучше оригиналов.

Камилл Ахметов

Другие материалы

Рубрики: Вокруг фильма



Отзывов пока нет.

К сожалению, комментарии закрыты.